Zarplatto.ru

Что такое преюдиция в уголовном праве, примеры из судебной практики

Понятие уголовно-процессуальной преюдиции

Преюдиция — обязательность вступившего в законную силу при­говора при определенных обстоятельствах для государственных ор­ганов и должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроиз­водство по другому уголовному делу.

Согласно УПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки. При этом такие приговор или решение не могут предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле.

Возникающие на практике возможные противоречия между преюдици­альным значением установленных обстоятельств по одному делу и внут­ренним убеждением прокуроров, следователей, дознавателей относительно этих же обстоятельств при производстве по другим уголовным делам должны решаться в пользу преюдиции, если они не касаются виновности лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле.

Если обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором суда, вызывают сомнения у суда, в производстве которого находится уголовное дело, он вправе сделать по ним иные выводы, полу­ченные в результате оценки совокупности собранных и проверенных им доказательств.

Преюдициальное значение предыдущего приговора суда может утратить силу и при пересмотре вступившего в законную силу при­говора суда по вновь открывшимся обстоятельствам.

Конституционного Суда РФ от 21.12.2011 N 30-П “По делу о проверке конституционности положений статьи 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан В.Д. Власенко и Е.А. Власенко” указано, что пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку
  1. предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают,
  2. суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства.

Поэтому в уголовном судопроизводстве результатом межотраслевой преюдиции может быть принятие судом данных только о наличии либо об отсутствии какого-либо деяния или события, установленного в порядке гражданского судопроизводства, но не его квалификация как противоправного, которая с точки зрения уголовного закона имеет место только в судопроизводстве по уголовному делу.

Так, решение по гражданскому делу, возлагающее гражданско-правовую ответственность на определенное лицо, не может приниматься другим судом по уголовному делу как устанавливающее виновность этого лица в совершении уголовно наказуемого деяния и в этом смысле не имеет для уголовного дела преюдициального значения. Иное являлось бы нарушением конституционных прав гражданина на признание его виновным только по обвинительному приговору суда, а также на рассмотрение его дела тем судом, к компетенции которого оно отнесено законом.

Соответственно, по смыслу статьи 90 УПК Российской Федерации в системе норм процессуального законодательства, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением, которым завершено рассмотрение дела по существу в рамках любого вида судопроизводства, имеют преюдициальное значение для суда, прокурора, следователя или дознавателя по уголовному делу в отношении лица, правовое положение которого уже определено ранее вынесенным судебным актом по другому делу. В силу объективных и субъективных пределов действия законной силы судебного решения для органов, осуществляющих уголовное судопроизводство, не могут являться обязательными обстоятельства, установленные судебными актами других судов, если этими актами дело по существу не было разрешено или если они касались таких фактов, фигурировавших в гражданском судопроизводстве, которые не являлись предметом рассмотрения и потому не могут быть признаны установленными вынесенным по его результатам судебным актом.

Положения ст.90 УПК Российской Федерации означают, что:

    1. имеющими преюдициальное значение для суда, прокурора, следователя, дознавателя по уголовному делу являются фактические обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом, разрешившим дело по существу в порядке гражданского судопроизводства, т.е. когда в уголовном судопроизводстве рассматривается вопрос о правах и обязанностях того лица, правовое положение которого уже определено ранее вынесенным судебным актом;
    2. фактические обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом, сами по себе не предопределяют выводы суда о виновности обвиняемого по уголовному делу, которая устанавливается на основе всей совокупности доказательств, включая не исследованные при разбирательстве гражданского дела доказательства, подлежащие рассмотрению в установленных уголовно-процессуальным законом процедурах, что в дальнейшем может повлечь пересмотр гражданского дела по вновь открывшимся обстоятельствам;
    3. признание преюдициального значения фактических обстоятельств не может препятствовать рассмотрению уголовного дела на основе принципа презумпции невиновности лица, обвиняемого в совершении преступления, которая может быть опровергнута только посредством процедур, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, и только в рамках уголовного судопроизводства;
    4. фактические обстоятельства, не являвшиеся основанием для разрешения дела по существу в порядке гражданского судопроизводства, при наличии в них признаков состава преступления против правосудия подлежат проверке на всех стадиях уголовного судопроизводства, включая возбуждение и расследование уголовного дела, в том числе на основе доказательств, не исследованных ранее судом в гражданском или арбитражном процессе.

Первым вопросом, на который мы бы хотели обратить внимание, является вопрос о понятие уголовно-процессуальной преюдиции. Во-первых, отсутствует единообразный подход в определении преюдиции, так как законодатель не закрепляет этого определения. В статье 90 УПК РФ также понятие не раскрывается, а только даются точные указания применения преюдиции. В доктрине, напротив, сложилось множество определений, в основе который лежат различные основания. Так, А.С. Березин под преюдицией понимает «юридическое правило, устанавливающее специальные условия использования в доказывании вступивших в законную силу приговоров (судебных решений по гражданским делам) с целью устранения противоречий между актами правосудия, связанных единством фактических обстоятельств».

В доктрине существуют различные трактовки понятия, отличающиеся емкостью того или иного определения. Но в большинстве все авторы рассматривают преюдицию как правило или средство доказывание. Немало тpудностей возникает в связи с отсутствием в УПК РФ толкования следственных и иных пpоцессуальных действий, полномочий органов дознания, дознавателя, следователя, пpокурора по собиранию и пpоверке доказательств на стадии возбуждения уголовного дела, сохранения (или утраты) ими юридической силы в случае его возбуждения на основе этих доказательств. Рассмотрение преюдиции как средства доказывания, является вполне обоснованным. Так ст. 90 УПК РФ закреплена в главе «доказательства» и непосредственно само воздействие на процесс доказывания преюдиции очень важно. В качестве правила рассмотрение преюдиции также является правильным, так как сама по себе она не наделена детальным механизмом реализации, в связи с этим возникают ряд спорных вопросов.

Как уже было сказано выше, преюдиция имеет очень важный значение, так как упрощает работу суда. И суду уже нет необходимости устанавливать факты, которые уже были установлены ранее судом. Однако в доктрине данная позиция не однозначна. Так, С.П. Ефимичев утверждает, что преюдиция должна существовать только в гражданском судопроизводстве, а в основе доказывания вины по уголовному делу, должны лежать доказательства, которые проверены и собранных в данном деле.

Следующий вопрос, который требует своего внимание, является проблема устранения сомнений в достоверности тех фактов, которые уже установлены. В УПК РСФСР, а именно в статье 28 было закреплено, что, если у суда по уголовному делу появится сомнения или возникнут новые факты в отношение тех обстоятельств, которые уже были установлены судом, это может служить поводом к пересмотру уже существующего приговора суда. Нынешнее законодательство исходит из более строгой формулировки, что порождает ряд вопросов. Так, статья 17 УПК РФ закрепляет принцип свободной оценки доказательств. Анализ статьи 17 УПК РФ позволяет рассмотреть правовую природу данного принципа, подразумевающего личную и непосредственную оценку каждого доказательства, без каких-либо формальных законодательных ограничений. Внутреннее убеждение, должно формироваться на основании закона и основывается на всей совокупности доказательств.

Согласно ст. 90 УПК обстоятельства, уже установленные приговором суда, признаются в уголовном процессе, без дополнительной проверки, то есть презюмируются. На основании этого, можно сделать вывод, что, когда мы применяем преюдицию, тем самым мы игнорируем внутреннее убеждение должностного лица или судьи и соответственно не можем говорить о соблюдении принципа свободы и оценки доказательств.

Для соблюдения данного принципа, необходимо предпринять ряд мер, направленных на создание системы обстоятельств, устанавливаемых межотраслевой преюдицией, а также на создание легальной возможности для участников уголовного судопроизводства сомневается в достоверности обстоятельств, уже установленных судом с правом их оспаривания на всех стадиях уголовного процесса.

Конституционный Суд Российской Федерации (далее – КС РФ) постановил, что прежняя редакция ст. 90 УПК РФ не предполагает возможности при разрешении уголовного дела не принимать во внимание обстоятельства, установленные вступившими в законную силу. Законодатель закрепил новую редакцию данной статьи, которые на наш взгляд сконструировал в ней юридическую схему межотраслевой безусловной преюдиции, не учитывая многих положений. Рассматривая противоречие между анализируемым институтом и принципом свободы оценки доказательств, необходимо обратить внимание на такую их общую особенность, как наличие межотраслевых свойств, или универсальность.

На основании всего вышесказанного, можно сделать вывод о том, что редакция ст. 90 УПК РФ противоречит принципу свободы оценки доказательств и соответственно нуждается в изменениях. Автор предлагает следующее изменения, а именно после слов «судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки» надлежит добавить: «если такие обстоятельства не вызывают у них обоснованных сомнений».

Также, автор предлагает для устранения противоречий по вопросам преюдии, создать механизм проверки преюдиционого судебного акта. А именно создать перечень оснований и порядок обжалования решений суда. Данный механизм позволит разрешить ряд противоречий и гарантировать справедливое решения суда.

Уголовное производство

Понятие преюдиции и ее использование в уголовном судопроизводстве регулируется статьей 90 УПК РФ. Согласно ей: информация, которая была установлена и признана законной решением суда, признается истинной без дополнительной проверки прокурорами, судьями других судебных инстанций и следователями. Из этого правила есть два исключения:

  1. Приговоры по делам, которые рассматривались в упрощенном порядке, не учитываются при рассмотрении других дел, даже если действующие лица не изменились. То есть остались те же подозреваемые, обвиняемые, пострадавшие, свидетели.
  2. Если обвиняемый не принимал участие в судебном заседании нельзя однозначно утверждать о его вине только на основании судебных актов.

Принципы уголовной ответственности

В приведенной выше Общей части УК 1999 года формируются принципы применения и предшествующего данному использованию установления уголовной ответственности за определенные преступления, которые не представляют масштабной опасности непосредственно для общества. Среди данных признаков такого рода преступлений особенно выделяется административная (иными словами, дисциплинарная) преюдиция.

По уголовному законодательству, представленный признак, так или иначе, может применяться законодателем в случае установления уголовной ответственности за определенные противозаконные деяния, не являющиеся особо опасными для населения (в соответствии с частью второй статьи двенадцатой УК Российской Федерации). Тогда, когда лицо привлекается к уголовной ответственности, данный признак наделяется уголовно-правовым значением лишь в течение годового периода непосредственно после направления на это лицо дисциплинарного или административного взыскания за подобное правонарушение.

Нюансы уголовного процесса

Уголовно-процессуальный кодекс также содержит в себе норму, касающуюся ранее установленных иным судебным актом .

Практика применения преюдиции в уголовном процессе:

  • Первый суд – обвинительный приговор по статье мошенничество в особо крупном размере, связанном с оформлением в собственность квартир по подложным документам.
  • Второй суд – привлечение к ответственности за легализацию денег, полученных в ходе мошенничества, установленного первым приговором.

Следует отметить, что преюдиция может применяться в различных процессуальных областях, в частности, ранее указанный приговор по делу об обмане либо злоупотреблении доверием (мошеннические действия) ляжет в основу решения гражданского суда о признании сделки, заключенной с применением подложных документов, недействительной.

В 2011 году состоялось формирование мнения высшей судебной инстанции страны касательно применения преюдициальности в уголовном процессе в ответ на запрос граждан о проверке конституционности положений . В Постановлении КС РФ четко выразил свою позицию.

На основании изложенного можно сделать вывод, что преюдициальное значение при рассмотрении уголовных дел могут иметь любые обстоятельства дела, доказательства, иные факты, установленные ранее судебными актами гражданских и арбитражных судов. Но они никоим образом не могут предопределять постановление судом заведомо обвинительного вердикта, а также лишать подсудимого права на всесторонне и полное рассмотрение его дела с учетом действия принципа презумпции невиновности.

Понятие административной преюдиции

Как выяснилось, под преюдицией следует понимать юридический нюанс законодательства неформального характера. Как правило, в него посвящаются лишь некоторые специалисты. Так, преюдиция в административном процессе рассматривается юристами, судьями, адвокатами и так далее. Важно отметить, что любому лицу, которому предстоит принимать участие в судебном процессе, необходимо знать основную информацию о ней.

Преюдиция – не что иное, как малоисследованное, но в то же время сложное явление правовой направленности. Его определение, как правило, не наделено однозначным пониманием в отношении современного права и не представлено в нормативах большего числа его отраслей.

Преюдиция по административному делу как понятие правовой природы появилось в римском праве. Как известно, последнее, совместно со своими юридическими категориями, нормами и терминами сформировало правовую основу других государств. В свою очередь, латинский язык превратился в инструмент, а также источник появления принципиально новых направлений и понятий как в России, так и в европейских странах.

Сущность административной преюдиции

Представленное выше явление правовой природы определяется названием “административная преюдиция в уголовном праве”. Совершенно неудивительно, что оно на протяжении многих лет провоцирует споры в кругу ученых, которые касаются в первую очередь необходимости рассматриваемой ситуации в уголовном праве. Таким образом, в профессиональной литературе существует такая точка зрения, что никакое правонарушение административного характера нельзя наделить общественной опасностью, которая является специфической криминальной характеристикой определенного деяния. Именно данный факт служит причиной тому, что некоторое количество правонарушений просто-напросто не может механическим образом перерасти в принципиально новое качество – преступление.

Административная преюдиция в уголовном праве РФ, в соответствии с мнением многих отечественных авторов, состоит в том, что действие превращается в преступление исключительно тогда, когда оно может быть осуществлено на протяжении годового периода времени непосредственно после назначения административного взыскания за аналогичное нарушение. Объяснение столь интересному шагу законодателя возможно отыскать в стремлении эффективным образом установить рамки числу деяний, которые не достигают уровня общественной опасности, описываемой актуальные преступления, но широко распространены, и поэтому мешающие адекватной деятельности государственных управленческих органов. С другой стороны, административная преюдиция криминализации из-за полного отсутствия правового основания вследствие проведения анализа юридических нормативов в уголовный закон не включается.

Преюдициальные факты в гражданском процессе

В Гражданском кодексе есть интересный нюанс. Обозначить его можно так: термина “преюдиция” нет, а вот сам принцип существует. Формулируется он, как “основания освобождения от доказывания”. Преюдициальные факты в арбитражном процессе имеют ту же особенность. Судья арбитражного или гражданского процесса обязан заблаговременно до рассмотрения спора уточнить информацию о наличии решений суда, которые уже состоялись, с участием данных лиц. Имеются в виду не только истец и ответчик, но и другие люди, заинтересованные в исходе дела.

Обязательно почитайте!  Наследственная масса: что такое в 2020 году, включение и исключение имущества

“Недействующие лица”

В Арбитражном или Гражданском процессе преюдициальный факт – это обстоятельство, которое принимается во внимание при рассмотрении дел с тем же составом лиц в процессе, что и в предыдущем. Если лицо не фигурировало в прошлом заседании, оно может подать отдельный иск. При этом для судьи не являются обязательными решения, вошедшие в юридическую силу в прошлом. Более того, эти решения не носят и рекомендательного характера. Если суд сделает по спору иной вывод, нежели в судебном акте прошлого заседания, он должен указать свои мотивы.

Статья 69 Арбитражного процессуального кодекса, в которой говорится о том же составе лиц, участвующих в новом процессе, не подразумевает полной тождественности составов участвующих субъектов. При этом четкого критерия о степени тождественности не существует. Вывод: в большинстве случаев то, примет ли суд факт как преюдициальный, зависит от конкретного судьи, а также убедительности и настойчивости той или иной стороны процесса.

Вопрос о законности судебных актов

На усмотрение суда не может выноситься вопрос о том, принимать ли преюдициально установленные факты. Это норма, установленная законодательно. Именно закон определяет ее пределы, порядок, а также последствия. Целью преюдиции служит исключение противоречий между судебными решениями. Для судов это означает невозможность перерассмотрения установленных фактов, для сторон процесса – запрет на предоставление доказательств по ним. В случае если суд не принимает во внимание преюдициальность, существуют способы отстоять свои права. Такое решение может быть обжаловано в аппеляционном порядке, либо кассационном. Так как непринятие во внимание преюдиции является нарушением законных прав стороны, решение по данному судебному процессу может быть отменено.

Следует отметить еще один момент. Арбитражные суды не имеют полномочий рассматривать законность судебных актов других инстанций. В свою очередь, решение о законности актов Арбитражного суда не имеют права рассматривать суды общей юрисдикции.

Дополнительная информация

Как было указано, в УК РФ содержится тридцать шесть составов в отношении проступков, в конструкции которых законодатель предусмотрел административную преюдицию. Санкции данных составов подразумевают следующие разновидности наказаний:

  • Назначение лицу общественных работ – в двенадцати составах.
  • Назначение штрафа – в тридцати трех составах.
  • Назначение исправительных работ – в двадцати составах.
  • Назначение ареста – в двадцати восьми составах.
  • Ограничение свободы незаконопослушного лица – в девятнадцати составах.
  • Лишение лица права занимать конкретные должности (или же продвигать определенные виды деятельности) – в десяти составах.
  • Лишение свободы – в двенадцати составах.

Необходимо дополнить, что в пяти санкциях законодательным образом разрешается к основному виду наказания назначать дополнительное. Как правило, это лишение права (шестой пункт перечня, представленного выше). Из списка видно, что в процессе конструирования санкций в первую очередь законодатель выдвинул на передний план такие наказания, как арест и штраф. Важно отметить, что абсолютно все санкции, которые указаны в составах проступков, носят альтернативный относительно определенных характер:

  • Четыре случая предусматривают два основных последствия.
  • Семь случаев предусматривают три основных наказания.
  • Пятнадцать случаев предусматривают четыре наказания.
  • Шесть случаев предусматривают пять наказаний.
  • Два случая предусматривают шесть наказаний.

Исключение из вышеперечисленных пунктов составляет статья 411 Уголовного кодекса. Ее санкция, так или иначе, предусматривает лишь единственную разновидность наказания, а именно лишение свободы. Более того, абсолютно все виды последствий наделены определенным диапазоном непосредственно между их нижними и верхними границами.

Возможность выбрать альтернативные лишению свободы наказания за те или иные проступки, которые не представляют особой опасности для общества, предоставленная со стороны закона, в соответствии с точкой зрения осуществления целей уголовного типа ответственности в случае назначения конкретного наказания, так или иначе, должна давать ориентир судебной практике не на подобные наказания за аналогичные проступки, а на максимальный уровень его индивидуализации в процессе назначения. В соответствии с точкой зрения исследователей, основная проблема заключается не в широте непосредственно санкции, а в соблюдении приведенного выше принципа, состоящего в индивидуализации наказания.

Таким образом, в юридической практике на сегодняшний день актуально следующее правило: рамки санкций в отношении уголовного закона нужно относить к оптимальным тогда, когда определенный ими диапазон выбора размера и вида наказательной меры позволяет судье максимальным образом индивидуализировать наказание в процессе его назначения.

Проблемы правоприменения

Правила о преюдициальности не распространяются на случаи, когда в процесс вступают новые участники. В данном случае Верховный суд РФ пояснил в своем 2003 года о судебном решении: лица, ранее не привлеченные к участию в деле либо не являющиеся его сторонами, новые участники разбирательства имеют право оспаривать обстоятельства, которые были положены в основу ранее принятых судебных актов. В отношении таких лиц правило о преюдициальности не применяется, т.е. суд обязан по их просьбе вновь исследовать ранее установленные факты, проверить доводы и доказательства.

У данной позиции есть как сторонники, так и противники. Первая группа практикующих юристов согласна с мнением ВС РФ. Они считают, что повторная проверка ранее установленных обстоятельств дела не препятствует принимавшим участие в первом деле сторонам процесса приводить свои доводы и соображения относительно заявленных со стороны нового участника опровержений и пояснений. Кроме того, отказ вновь вошедшему в дело лицу в его праве на перепроверку нарушит принцип состязательности сторон, а также установленный для всех без исключения дел порядок сбора, представления и исследования доказательств на предмет их относимости, допустимости, достоверности и достаточности.

Вторая группа цивилистов склонна к мнению, что такая ситуация ставит в неравное положение всех участников процесса, поскольку ранее присутствовавшие при разбирательстве лица ограничены в доказывании преюдицией, а новая сторона обладает возможностью представления иных доказательств, опровержения ранее установленных фактов. Для разрешения этой коллизии юристы предлагают отменить силу преюдициального значения ранее вынесенного судебного постановления для всех участников нового дела, а не только для вновь вступившего.

Преюдициально установленные факты

В данном деле общеизвестный факт – привлечение несовершеннолетних к труду во время Великой Отечественной войны. Вряд ли общеизвестность данного факта обусловлена его закреплением в нормативном акте, так как даже те, кто никогда не читали названный указ, осведомлены об этом. При рассмотрении дела должно быть доказано привлечение заявителя к такому труду.

Факты, которые подлежат установлению по данному делу, но были ранее установлены решением или приговором суда, в связи с чем не подлежат повторному доказыванию, называются преюдициальными[1] (ч. 2–4 ст. 61 ГПК). Преюдициальные факты не могут быть опровергнуты, если решение или приговор суда, которыми они установлены, не отменены в установленном законом порядке. Например, при рассмотрении дела о возмещении вреда, причиненного пропажей шубы в гардеробе института, истцом выступал собственник шубы, ответчиком – администрация института. Третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, – гардеробщик.

Привлечение третьего лица важно для возможности впоследствии предъявить к нему регрессный иск, если он добровольно не пожелает возместить работодателю сумму причиненного ущерба. В этом случае при рассмотрении в суде регрессного иска никакие факты, установленные ранее в судебном решении, не подлежат передоказыванию. Иными словами, ни факт пропажи вещи, ни ее стоимость и пр. не будут доказываться снова, суд лишь установит факт отсутствия платежа гардеробщика работодателю в счет погашения причиненного вреда и взыщет с гардеробщика соответствующую сумму. Если бы третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, не было привлечено к участию в деле, то при рассмотрении дела о взыскании с гардеробщика в пользу института суммы причиненного ущерба суд должен был бы вновь устанавливать факты, которые ранее были установлены, что может привести к вынесению противоречивых судебных актов, а также к затягиванию судебного разбирательства.

Пример. Суд нарушил правило, предусмотренное ч. 2 ст. 61 ГПК, вторично рассмотрев обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу.

14 июня 2007 г. Тагилстроевским районным судом г. Нижнего Тагила постановлено решение, которым В. отказано в удовлетворении иска к С. о включении имущества в состав наследства и признании права собственности на наследственное имущество. 16 октября 2007 г. определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда указанное решение суда оставлено без изменения.

Из решения Тагилстроевского районного суда г. Нижнего Тагила от 14 июня 2007 г. следует, что в удовлетворении иска В. отказано, поскольку судом установлено, что в нотариальную контору в соответствии со ст. 1153 ГК В. не обращалась. Соответственно указанное обстоятельство на момент рассмотрения этого дела не имело места.

В исковом заявлении от 27 марта 2008 г. истец В. наряду с другими обстоятельствами в качестве основания иска указала, что кроме нее к нотариусу за принятием наследства после смерти К. никто не обращался. В судебном заседании истец также указала, что она обратилась к нотариусу, кроме нее наследником первой очереди является сестра Р. П., но она к нотариусу не обращалась, на наследство после смерти матери не претендует. Указанные обстоятельства ранее не являлись предметом судебного рассмотрения.

Судом неправильно применены положения о преюдициальности фактов, закрепленные в ч. 2 ст. 61 и ч. 2 ст. 209 ГПК, согласно которым обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при разрешении другого дела.

В связи с этим при рассмотрении данного дела суд не имел полномочий по вторичной проверке, а стороны – права на вторичное оспаривание тех обстоятельств, которые установлены вступившим в силу решением суда от 14 июня 2007 г. Судебной проверке подлежали только те обстоятельства, которые не являлись предметом обсуждения по ранее рассмотренному делу[2].

Судебное постановление обладает преюдициальностью с момента его вступления в законную силу. Если в дальнейшем судебное постановление будет отменено в надзорном порядке или в связи с вновь открывшимися обстоятельствами, то преюдиция исчезает.

Преюдициальность имеет свои субъективные и объективные пределы, которые должны иметься в совокупности. Субъективные пределы – в обоих делах участвуют одни и те же лица или их правопреемники. При этом не имеет значения, что при рассмотрении другого дела участники предыдущего дела поменялись местами. Так происходит, например, во всех делах по регрессным требованиям: ответчик становится истцом, а третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – ответчиком. Преюдициальность сохраняется и в том случае, если в новом деле количество лиц на стороне истца или ответчика меньше, чем было в первоначальном деле. Однако если при рассмотрении нового дела в процесс вступает лицо, которое в предыдущем деле не принимало участия, то на него преюдициальность судебного акта не распространяется. В связи с этим в науке спорят о том, а сохраняется ли вообще преюдициальность судебного акта в таком случае. Мнения ученых расходятся[3]. Теоретически преюдициальность должна сохраняться, так как ее субъективные пределы отчасти сохранены, и если новое лицо, участвующее в деле, не будет оспаривать ранее установленные факты, то преюдициальность сохранится. Но если новое лицо, участвующее в деле, станет приводить доказательства, опровергающие установленные факты, то это может привести к тому, что данные факты будут опровергнуты. Часто появление в деле нового участника – единственный шанс опровергнуть преюдициальный факт, неверно установленный в предыдущем решении.

Объективные пределы преюдициальности относятся к фактам, установленным вступившим в законную силу решением или приговором суда. Обычно преюдициальность фактов устанавливается в мотивировочной части судебного акта. Иногда на практике возникают неприятные ситуации для сторон спора, когда суд в мотивировочной части высказывается относительно фактов, которые не входили в предмет доказывания. Часто это связано с оценкой договора (его незаключенности, недействительности и пр.). Такой поспешный вывод суда может стать препятствием для сторон спора в дальнейшей защите своих прав и законных интересов. В этом случае возможным выходом из столь сложной ситуации может стать привлечение новых лиц, участвующих в деле, при рассмотрении последующих дел, поскольку на них преюдициальность судебных актов не будет распространяться.

Приведем в качестве иллюстрации случай, когда выводы судьи об установлении в судебном заседании административного правонарушения не основаны на материалах дела и законе.

Пример. Материалы дела свидетельствуют лишь о том, что 7 декабря 2005 г. на автодороге произошло ДТП с участием водителя М. и пешехода П. По данному ДТП 7 декабря 2005 г. было возбуждено дело об административном правонарушении, а 6 февраля 2006 г. производство по нему было прекращено на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП в связи с истечением срока давности привлечения виновного лица к административной ответственности. При этом вопрос о виновности участников ДТП в соответствии с требованиями закона решен не был, и в постановлении обоснованно не указано на наличие вины.

Поэтому вывод суда об установлении в судебном заседании административного правонарушения подлежит исключению из судебного решения.

Кроме того, подлежит исключению из решения вывод о непредставлении М. доказательств несвоевременного получения копии постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении, поскольку такой вывод является основанием для отказа в восстановлении срока обжалования данного постановления. Между тем судьей жалоба принята к производству и рассмотрена по существу.

Обязательно почитайте!  Порядок взыскания недостачи с материально ответственного лица: помощь адвоката

Ошибочным является также вывод о том, что заявитель ничем не опроверг свои утверждения, изложенные в жалобе, поскольку утверждения (доводы) жалобы должны быть подтверждены лицом, обратившимся с жалобой, а не опровергнуты им. Этот вывод также подлежит исключению из судебного решения.

Обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебным постановлением, решением арбитражного суда и приговором суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле (ст. 61 ГПК).

Обжалуемое М. постановление должностного лица по делу об административном правонарушении к указанному в ст. 61 ГПК перечню оснований для освобождения от доказывания не относится, а поэтому преюдициального значения при рассмотрении дела в порядке гражданского производства не имеет[4].

В данном случае несмотря на взаимосвязь дел по субъектному составу отсутствует установление обстоятельств, что приводит к тому, что не возникает преюдиция ввиду отсутствия объективных пределов.

Часть 2 ст. 61 ГПК устанавливает правила преюдициальности актов суда общей юрисдикции для другого дела также в судах общей юрисдикции. Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. Важно отметить, что закон говорит о преюдициальности судебных постановлений, к которым относятся решения, определения и постановления. Не в любом определении есть установленные факты, которые в силу их значимости могут быть определены в качестве преюдициальных.

Закон толкует объективные пределы преюдиции применительно к судебным решениям арбитражных судов для судебных актов судов общей юрисдикции. При рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом (ч. 3 ст. 61 ГПК). Как следует из сказанного, преюдициальные факты могут быть установлены лишь в судебном решении арбитражного суда. Например, два юридических лица в арбитражном суде спорят о возмещении причиненного вреда в результате столкновения автомобилей. В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, выступают водители соответственно на стороне и истца, и ответчика. Регрессные требования будут предъявлены по правилам гражданского процесса в суде общей юрисдикции в силу подведомственности спора.

Участие в деле лиц для возникновения преюдициальности не означает обязательность их физического участия, достаточно привлечения в процесс. Такая ситуация нередко складывается применительно к третьим лицам, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора. Суд обязан вынести определение о привлечении третьих лиц к участию в деле. Если даже они не будут присутствовать при рассмотрении дела, на них распространится преюдициальность решения суда, и при рассмотрении, например, регрессного иска суд не будет вновь доказывать обстоятельства, установленные при первоначальном рассмотрении.

Частью 4 ст. 61 ГПК установлены объективные пределы преюдициальности приговоров суда. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. В решении суда об удовлетворении иска, помимо ссылки на приговор по уголовному делу, следует также приводить имеющиеся в гражданском деле доказательства, обосновывающие размер присужденной суммы (например, учет имущественного положения ответчика или вины потерпевшего)[5].

Пример. По смыслу закона наличие приговора, которым установлено нарушение правил дорожного движения, постановленного в отношении одного лица, не исключает наличие вины в ДТП других лиц. Следовательно, при рассмотрении гражданско-правового спора стороны не освобождаются от доказывания соответственно отсутствия или наличия такой вины, в том числе при определении объема причиненного вреда.

Как видно из материалов дела, приговор Первоуральского городского суда постановлен в отношении А. Вопрос о виновности или невиновности других лиц, участвующих в деле, при вынесении приговора не разрешался. Истец обратилась с иском о возмещении вреда к нескольким ответчикам. В своем иске истец указывает на основания обращения с иском к каждому из них.

При таких обстоятельствах суду следовало установить наличие или отсутствие вины других ответчиков в рассматриваемом ДТП, определить, могли ли повлиять те или иные виновные действия других ответчиков на объем причиненного вреда.

Вместе с тем данные обстоятельства, несмотря на наличие заявления, судом не устанавливались.

С учетом изложенного решение суда законным и обоснованным признано быть не может и, принимая во внимание невозможность исправления выявленных нарушений в рамках кассационного судопроизводства, обжалуемое судебное решение подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует устранить указанные недостатки и с учетом добытых доказательств постановить законное и обоснованное решение[6].

В приведенном примере суд первой инстанции неверно определил субъективные пределы преюдиции, распространив ее на лиц, в отношении которых приговор не выносился.

Пример. Как следует из материалов дела, суд признал недействительными сделки по отчуждению недвижимого имущества мебельной фирмы как совершенные с целью, противной основам правопорядка, придав преюдициальное значение приговору Вологодского городского суда Вологодской области от 1 декабря 2005 г., которым бывшие руководители мебельной фирмы признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ст. 196 УК (преднамеренное банкротство).

Между тем одним из конституционных принципов правосудия является принцип состязательности и равноправия сторон (ч. 3 ст. 123 Конституции РФ), который находит свое проявление в том, что суд, в том числе, должен создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств (ч. 2 ст. 12 ГПК).

При этом суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений (ст. 56 ГПК).

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Из данной правовой нормы следует, что преюдициальными для гражданского дела являются выводы приговора только по двум вопросам: имели ли место сами действия и совершены ли они данным лицом. Иные факты, содержащиеся в приговоре суда, преюдициального значения не имеют. Другие обстоятельства дела подлежат доказыванию и в том случае, если они были определены в приговоре суда.

Следовательно, содержащиеся в приговоре Вологодского городского суда Вологодской области от 1 декабря 2005 г. выводы о совершении бывшими руководителями мебельной фирмы заведомо невыгодных, убыточных сделок по отчуждению недвижимого имущества этой мебельной фирмы не освобождали участвующие в деле стороны от обязанности представления доказательств в обоснование заявленных требований[7].

Особо следует подчеркнуть, что преюдициальностью относительно уголовных дел обладает лишь вступивший в законную силу приговор суда. В связи с этим ясно высказался Конституционный Суд РФ.

Пример. Конституционный Суд РФ в Постановлении от 28.10.1996 № 18-П указал, что решение о прекращении уголовного дела по такому нереабилитирующему основанию, как объявление амнистии, по своему содержанию и правовым последствиям не является актом, которым устанавливается виновность обвиняемого в том смысле, как это предусмотрено ст. 49 Конституции РФ. Однако такое решение предполагает основанную на материалах расследования констатацию того, что лицо совершило деяние, содержащее все признаки состава преступления. Именно поэтому прекращение уголовного преследования вследствие акта об амнистии не допускается, если обвиняемый против этого возражает, – в таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

Согласно ГПК обязательным для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда по уголовному делу, является только приговор, вступивший в законную силу, и только по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом (ч. 4 ст. 61). Следовательно, отнесение на основании ч. 1 ст. 71 ГПК постановления о прекращении уголовного дела к письменным доказательствам по гражданскому делу не предполагает обязанность суда признавать без дополнительной проверки те или иные обстоятельства, изложенные в этом постановлении[8]. Другой пример. Содержащееся в приговоре суда указание о конфискации определенного имущества не лишает заинтересованных лиц права предъявить иск об освобождении имущества от ареста и доказывать, что это имущество принадлежит им.

В надзорной жалобе указывается, что квартира была приобретена истицей в результате долевого участия в строительстве жилья (соглашение об уступке требования от 20 июня 1996 г., заключенное между С. А. и АОЗТ “Маяк”) и является ее собственностью; ни договоры, ни регистрационное удостоверение, на основании которых за истицей зарегистрировано право собственности на указанную квартиру, недействительными не признаны.

На данные обстоятельства, как видно из состоявшегося по делу решения, сослался суд первой инстанции, удовлетворяя заявленный С. А. иск.

Вместе с тем в порядке гражданского судопроизводства суд может решить вопрос об исключении имущества из описи (снять арест с имущества) на основании новых доказательств, если достоверно будет подтверждено право собственности на это имущество. Юридически значимыми по данному делу обстоятельствами являются обстоятельства, связанные не только с фактом принадлежности истице на момент рассмотрения спора квартиры на праве собственности (на что сослался суд первой инстанции), но и обстоятельства, свидетельствующие о приобретении квартиры не на денежные средства, добытые С. Л. преступным путем. Кроме того, согласно резолютивной части приговора суда от 21 января 2000 г. вышеуказанная квартира была передана администрации г. Рязани, которая к участию в деле по иску об освобождении имущества от ареста в качестве ответчика привлечена не была.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ находит решение Советского районного суда г. Рязани от 13 января 2004 г., постановление президиума Рязанского областного суда от 26 октября 2004 г. подлежащими отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции[9].

На основании ч. 4 ст. 1 ГПК, по аналогии с ч. 4 ст. 61 ГПК, следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение)[5].

Пример. В нарушение норм ст. 5 Федерального закона от 26.09.1997 № 125-ФЗ “О свободе совести и о религиозных объединениях” образовательный процесс по обучению религии детей проводился Библейским Центром не в государственном и муниципальном образовательном учреждении, имеющем лицензию на право осуществления образовательной деятельности, и не в образовательном религиозном учреждении, зарегистрированном в установленном порядке и имеющем лицензию на право осуществления образовательной деятельности, а в воскресной школе, не обладающей требуемым законом статусом.

Вступившее в законную силу постановление и (или) решение судьи по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяния лица, в отношении которого вынесены постановление и (или) решение по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом (ч. 4 ст. 1 ГПК, ч. 4 ст. 61 ГПК, п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ “О судебном решении”).

Поэтому судом приняты во внимание как обязательные для настоящего дела постановление мирового судьи судебного участка № 4 г. Новочебоксарска от 10 июля 2007 г., решение Новочебоксарского городского суда от 31 июля 2007 г., постановление судьи Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 10 июля 2007 г., решение Верховного суда Чувашской Республики от 2 августа 2007 г. по делам об административном правонарушении в части установления фактов осуществления Библейским Центром образовательной деятельности без обязательной для этого лицензии и с нарушением санитарно-эпидемиологических требований к организации учебно-производственного процесса, гигиенических требований к условиям обучения.

Учитывая изложенное, суд пришел к правильному выводу о том, что осуществляемая религиозной организацией Библейский Центр Чувашской Республики христиан веры евангельской (пятидесятников) образовательная деятельность без получения необходимого разрешения (лицензии) нарушает нормы абз. 2 п. 3 ст. 49 ГК, ст. 33 Закона РФ от 10.07.1992 № 3266-1 “Об образовании” и ст. 19 Федерального закона “О свободе совести и о религиозных объединениях”, а потому является незаконной. При этом суд обоснованно расценил незаконное ведение Библейским Центром образовательной деятельности как неоднократное и грубое нарушение закона, являющееся в силу абз. 2 п. 2 ст. 61 ГК и абз. 2 п. 1 ст. 14 Федерального закона “О свободе совести и о религиозных объединениях” достаточным основанием для ликвидации этой религиозной организации, в связи с чем принял решение об удовлетворении заявлений прокуроров[11].

Пределы преюдиции важно определить при защите неопределенной группы лиц. Согласно ч. 3 ст. 46 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 “О защите прав потребителей” вступившее в законную силу решение суда о признании действий изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) противоправными в отношении неопределенного круга потребителей обязательно для суда, рассматривающего иск потребителя о защите его прав, возникших вследствие наступления гражданско-правовых последствий действий изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера), в части вопросов, имели ли место такие действия и совершены ли они изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером). Как видно из сказанного, законом уточняются объективные пределы преюдициальности судебного акта по делам о защите неопределенного круга потребителей.

Источники
  • https://idaten.ru/law/ugolovniy-process/preudiciya-v-ugolovnom-processe
  • https://ruadvocate.ru/ukrf/chto-takoe-preyudiciya-i-kak-eto-ispolzuetsya-v-ugolovnom-sudoproizvodstve/
  • https://BusinessMan.ru/administrativnaya-preyuditsiya-ponyatie-i-znachenie.html
  • https://Papinian.com/ispolnitelnoe/preyudiciya-etoprocessualnoe-znachenie.html
  • https://FB.ru/article/298799/preyuditsialnyiy-fakt—eto-obscheizvestnyie-i-preyuditsialnyie-faktyi
  • https://studme.org/82312/pravo/preyuditsialnye_fakty

[свернуть]

Ссылка на основную публикацию