У корпораций возникают конфликты интересов между акционерами, держателями долговых обязательств и директорами, но корпоративное законодательство дает каждой стороне возможность преследовать других, защищая при этом себя. В то время как кредиторы подвержены чрезмерному риску от действий со стороны директоров, а также злоупотреблению ограничением ответственности со стороны акционеров, они защищены правовыми институтами, такими как обязательства директоров перед третьими лицами с раскрытием корпоративной завесы бухгалтерского учёта и финансовых показателей. Акционеры подвержены риску нарушений в процессе ведения бизнеса компанией, халатными или мошенническими действиями директора, от которых их могут защитить производные иски. Наёмные директора публичных компаний, находясь под угрозой исков об ответственности со стороны держателей долга и акционеров, защищены правилом делового этикета и защиты репутации, а в некоторых странах страхованием ответственности директоров и должностных лиц (но это при условии отсутствия противоправных действий). Эта сеть правовых институтов включает в себя двойственную структуру, основанную на экономических стимулах, но также на экономических и психологических факторах, таких, как ограниченная рациональность, сдерживающий эффект, стремление к определённости, неприятие потерь и чувство справедливости. Любое изменение баланса повлияет на поведение всех заинтересованных сторон: например, усиление защиты директоров провоцирует принятие большего риска, как экономического, так и психологического.
Существует сложный баланс между преследованием ответственности и защитой от нее с помощью правовых институтов, таких как законы, прецедентное право и доктрины. Если предположить, что в корпорациях существует разделение собственности и контроля, то акционеры могут обратиться в суды с исками, чтобы привлечь директоров к ответственности. Но прецедентное право в отношении правил деловых отношений защищает директоров от таких претензий, а корпоративное право также допускает освобождение от ответственности с определёнными ограничениями. С одной стороны, эти взаимные «наступательные» силы кажутся уравновешенными с экономической точки зрения. С другой стороны, используя достижения когнитивной науки (психологии), можно углубить понимание структуры права и с поведенческой точки зрения.
Полезным подходом в экономическом анализе является использование опций для описания распределения богатства и конфликтов с участием акционеров и кредиторов. Согласно стандартной модели, позиция, принадлежащая акционерам с ограниченной ответственностью, выражается в виде опциона «колл» (дающий право покупателю приобрести актив по заранее оговорённой цене в определённый момент времени), при этом стоимость долга фирмы является ценой исполнения, а позиция, принадлежащая держателям долгов, представляет собой комбинацию требования к стоимости долга и короткой позиции в опционе «пут» с той же ценой исполнения. Исходя из этого, традиционное экономическое объяснение заключается в том, что акционеры, имеют стимул идти на больший риск, чтобы увеличить волатильность активов фирмы и повысить стоимость своей позиции, в то время как владельцы долговых обязательств имеют противоположный стимул снижать волатильность, чтобы повысить стоимость своей собственной позиции. Анализируя такие взаимосвязи, как дуальные структуры экономических и психологических сил, можно дополнить междисциплинарный анализ поведенческого права и экономики в области корпоративного управления. Решения принимаются людьми, и, хотя экономические стимулы лежат в основе таких решений, они не являются единственными действующими факторами.
В корпоративном финансировании в качестве основных инструментов используются заемный и собственный капитал: соответственно, как держатели долга, так и акционеры участвуют в коммерческой деятельности фирмы и рисках. Ключевой характеристикой собственного капитала является ограниченная ответственность. Впервые представленная как версия суверенного иммунитета государственных корпораций, ограниченная ответственность встречается в английской Ост-Индской компании в 1600 году и в голландской Ост-Индской компании в 1602 году. Последствия учреждения этого фактора в качестве юридического института были двоякими: с экономической точки зрения, это дало акционерам эфемерное преимущество, ограничивая убытки суммой инвестиций. Психологически он привнёс эффект определённости. Неопределённость, вызывающая у людей сильный страх (даже если неопределённая ситуация маловероятна) действует устрашающе до такой степени, что они субъективно приписывают маловероятным событиям более высокую вероятность, чем это объективно оправдано. В то же время, при таких условиях, люди оценивают определённость в непропорционально высокой степени. Уверенность в ограничении была вдвойне важна, из-за психологической склонности людей к неприятию потерь — несомненно, все больше любят приобретения. Эти тенденции заставляют людей придавать чрезмерное значение ограниченной ответственности, в отличие от рационального сравнения цен на ценные бумаги, имеющие очень малую вероятность дополнительных потерь, с ценами на те, у которых их нет.
Ограниченная ответственность позволила людям избежать убытков в соответствии с гарантиями корпоративного права, не проводя тщательного исследования вероятностей и не опасаясь ответственности перед кредиторами, в результате чего был увеличен пул рискового капитала. Следовательно, в мире с ограниченным временем и информацией ограниченная ответственность признается, возможно, наиболее важной характеристикой современной корпорации. Однако, если смотреть через психологическую призму, есть и другое объяснение: устраняя чрезмерный страх перед потерями как событием с низкой вероятностью, ограничение потерь давало им ощущение уверенности. Это позволило им удовлетвориться, предоставив удобную лакмусовую бумажку для принятия решений — до тех пор, пока они знали, что их инвестиции были сделаны в корпорации, формат, предусматривающий ограниченную ответственность, они не потеряют деньги сверх суммы, которую они вложили.
Ответственность директоров перед кредиторами предусмотрена в законодательстве как ответственность перед третьими лицами, в соответствии с чем, держатель долга имеют право требовать от директоров возмещения убытков в случаях грубой небрежности. Как правило, эта оговорка используется коммерческими банками для возмещения убытков от кредитов, выданных закрытым (не публичным) юрлицам. Пункт преимущественно применяется к исполнительным директорам — независимые члены совета директоров редко привлекаются к ответственности. Когда директора признаются виновными в суде, денежные средства перетекают от директоров к кредиторам, в виде возмещения убытков. Эти денежные средства поступают из личных активов директоров, часть которых является их накопленным вознаграждением. Не существует заранее установленного верхнего предела размера убытков, подлежащих возмещению. Комбинация создаёт ещё одну версию опциона пут с короткой позицией, в котором директора сталкиваются с сочетанием риска неограниченных личных убытков и ограниченной прибыли, что существенно снижает их стимулы к принятию такого рода рисков. Но зато это является сдерживающим фактором от мошеннических действий, которые снижают волатильность активов фирмы. Эти ограничения одновременно повышают позиции кредиторов. Если рассматривать этот фактор с психологической точки зрения, явно видно, что он сковывает директоров, заставляя их придавать чрезмерное значение ответственности при принятии решений и ставить предотвращение убытков компании выше погони за прибылью.
